Продолжение. Начало здесь:

http://www.popados.info/poeziya-moix-vostochnyx-snov-iran-afganistan-uzbekistan-chast-1/

Всего за три дня я успел полюбить этот город. Город отплатил той же монетой, проводив русскоязычным плакатом в аэропорту: ‘’Сhастливый путь!’’. Коряво, зато от всей души.
Хмурый администратор гостиницы задержал рукопожатие и долго смотрел мне в глаза. Подружиться с ним оказалось очень просто. Пароль: ‘’Ахмадинежад гуд! Хомении гуд!’’ Отзыв: ‘’Путин ноу гуд!’’
- Путин ноу гуд??
- Путин ноу гуд. К сожалению…
- Хода хафез, хориджи! Счастливого пути!
- Хода хафез, уважаемый. Дай Аллах тебе здоровья!
Такси от гостиницы, идущее по маршруту, завозит прямо в аэропорт почти забесплатно — в каком ещё городе возможно такое? Билет через всю страну стоит $45 — прощай, пышный цветник на берегу реки Зандеруд! Как ни старался, я так и не смог потратить 300 разменянных в первый день долларов – мне определённо нравится эта страна! Небольшой новенький ‘’Фоккер’’ местной авиакомпании ‘’Айсеман Эйр’’ летит на небольшой высоте, через горы, солончаки и пустыни, и я преклоняюсь перед этим трудолюбивым народом, что превращает в плодородные поля каждый отвоёванный у природы фарсанг*.
Мешхед – второй по размаху иранский город и одновременно его религиозный центр, место паломничества мусульман со всего мира. Он сильно разросся во время ирано-иракской войны в 80-х годах прошлого века, как самый далёкий от театра сражений. Сюда бежали жители приграничных районов обоих стран, а также множество афганских моджахедов, спасавшихся от советских войск. Буржуинский путеводитель ‘’Lonely Planet’’ описывает Мешхед как кошмар для иностранца (никто не говорит по-английски, все указатели только на фарси, отели исключительно для паломников, нет интернета и т.д. и т.п.).

Подробнее…

Ещё один старый травелог, 2006 года, с которого, собственно, начинались мои попытки сочинительства. Я его очень люблю, как первого ребёнка))

-Доброе утро! Вы просили разбудить в 5 часов,- промурлыкал голос в телефонной трубке, –  уже без двух минут.
- Пять? А-а… спасибо.
- Где это я? Что происходит? – ручеёк сознания потихоньку затекает в мозги вместе с прохладным утренним воздухом, с трудом пробиваясь сквозь молочный дремотный эфир. – Я в Бухаре, в гостинице ‘’Сиявуш’’, голос в трубке — это дежурный, я сам вчера попросил разбудить пораньше. Через два часа – самолёт на Москву, сегодня заканчивается моё путешествие по трём странам- Ирану, Афганистану и Узбекистану… Неужели заканчивается?! Три недели — как целая жизнь, со всеми её этапами и атрибутами.
Иран — это молодость. Первые шаги по земле, воспетой поэтами , первые бутоны цветов, набухающие предчувствием долгожданной весны; первые любопытные взгляды персиянок из-под хиджаба* – ‘’Откуда ты, хориджи?!’’
Афганистан… Афганистан — это зрелость. Пыльная буря в приграничном Ислам-Кале, заваленный пушечными гильзами форт Колол-Пушту в Кабуле и неприступные гребни перевала Саланг. Здесь нет места слабым и пугливым. Четыре пары моджахедских глаз с интересом наблюдают, как я разбираю автомат Калашникова. Экзамен на право уважения. Магазин тяжёлый, наполнен отнюдь не холостыми патронами. АКМ разобран по всем правилам — ‘’Молодец, шурави!’’
Узбекистан – красивая старость. Вечер накрывает Бухару чёрным полотном мистической восточной музыки, я брожу по её улицам, впитывая поэзию старых кварталов. Мысли летают в голове мохнатыми хлопьями снежинок, рождая кружева будущих рассказов. Бухара, ты прекрасна своими резными воротами, чудной нежной самсой, длинными чёрными ресницами узбечек, морщинами старцев в расписных халатах! Ветер столетий обдувает твои мудрые минареты, повидавшие всё: и первые шаги к величию жестоких эмиров, и последние мгновения жизни преступников, сброшенных вниз со шпилей. А может, она мне просто снится, эта по-восточному хитрая и по-восточному же непосредственная Бухара? Мудрый Улугбек по-прежнему сидит на каменных ступеньках своего медресе и смотрит в ясное, непознанное ещё небо, что он видит там? Может ли угадать по звёздам, какие зигзаги истории приведут тысячелетний эмират к красивому закату, а одинокого странника – в святая святых, Тронный зал Повелителя, украшенный ныне шутовским халатом на потеху заезжим туристам? Молчит, молчит мудрый Улугбек, а я продолжаю движение по камням, покрытым пылью Истории. Короткая поездка на такси – и очередной узбек желает мне счастливой дороги – ‘’Удачи тебе, брат!’’
- Бог мой, неужели всё это было со мной?
Жестокий недосып двух последних дней делает своё чёрное дело, я роняю чугунную от набежавших мыслей голову обратно на подушку. Тройка лихих скакунов подхватывает ослабевшего наездника и уносит его обратно в страну грёз…
Подробнее…

Окончание. Предыдущая часть здесь:

http://www.popados.info/krovavyj-rassvet-nad-levantom-ili-poslednij-poxod-na-vostok-chast-2/

Дамаск. Ещё светло.
Ливано-сирийская граница пройдена час назад. Последние лиры потрачены в приграничной кулинарии, и теперь мой рюкзак приятно отяжелили всяческие вкусные печёности. Я шёл по улице Шукри аль-Куватли, жмурился от оконных бликов и собирал солнечные зайчики. Умиротворённость пятничного выходного вечера, полная расслабуха. А, вот ещё одно красивое здание… Чертыхнувшись посреди улицы, я беззаботно вытащил видеокамеру и начал снимать. Странно, какие-то люди закричали, замахали руками и ринулись в мою сторону. Ни стыда, ни совести, портят такой отличный ракурс! Буквально через полминуты я уже был окружён возбуждёнными полицейскими. Они, толкаясь и перебивая друг друга, вопили что-то на арабском и пытались отобрать шпионский вещдок. Наверное, со стороны это выглядело очень забавно, словно стая воробьёв нападает на голубя, стараясь отщипнуть вожделенный хлебный мякиш. Взятый с поличным шпион тем не менее проявил неслыханную дерзость, отгоняя назойливых экспроприаторов ударами по рукам и односложно оглашая окрестности могучим и непонятным для арабского уха воплем »Paaashol naaahuy!»

Подробнее…

Продолжение. Начало здесь:

http://www.popados.info/krovavyj-rassvet-nad-levantom-ili-poslednij-poxod-na-vostok-chast-1/

-Э-э, хорош! Ты что делаешь, повяжут!
- Авось не повяжут, прорвёмся…
Ну что я могу с собой поделать?! Хобби такое — снимать погранпереходы на видео. Уж и ловили меня, и шмонали, а всё туда же. Наверно, это отголоски некоей детской мечты о перемещениях во времени и пространстве, детально описанной в культовом детском фильме »Гостья из будущего».
В те светлые времена, когда самолёты ЯК-40 были большими, а газировка — настоящей, я, как и все прыщавые подростки той поры, рвался в кабину машины времени вслед сексапильной Алисе Селезнёвой — разумеется,исключительно с благородной целью вернуть ей меилофон. В наши циничные времена, когда меилофон любого школьника укомплектован двухмегапиксельной фотокамерой и МП-3 плеером, а все Алисы перекочевали на страницы порносайтов, далёкая детская мечта воплощается здесь, у стойки с надписью ‘’Таможня’’ и пуленепробиваемых физиономий офицеров паспортного контроля. Они внимательно изучают твой аусвайс и принимают нелёгкое решение: пускать тебя из афганского когда-то в узбекское вчера, из лаосского никогда в тайское сегодня, из малазийского завтра в сингапурское когда-нибудь, или всё же не стоит. Ливан — это назад, в будущее. Старые американские тачки, переделанные в ультраспорт. Сверкающие лезвия небоскрёбов посреди развалин давнишней войны и археологических раскопок. Танк времён кайзера Вильгельма, отгородивший президентский дворец от »Хаммеров» и »Ламборджини». Эклектика…хиджаб поверх стрингов…этот…как его…волюнтаризм!

Подробнее…

Мой старый травелог 2006 года. Пока не удалось его напечатать, пусть висит здесь))

- Какова же была их участь, дядя Луи?
- Ужасна, Гийом… Войска Вальтера Неимущего* (прим. — в конце) вступили в Константинополь в июле 1096г.; вскоре к ним примкнуло ополчение Петра Отшельника, состоящее из простолюдинов, бродяг, да и просто разбойников. Они принялись грабить и убивать, сжигать дворцы и продавать церковную утварь. Разгневанный василевс* переправил незваных гостей через Босфор, в Анатолию. Здесь их ждала бесславная смерть. Никейские турки убили всех до одного, над полем битвы стояло нестерпимое кровавое марево. Анна Комнина, свидетель тех событий, писала: »Повсюду лежали трупы воинов. Когда их собрали, это была не куча, не курган и даже не холм, но гора огромной высоты — настолько великим было нагромождение тел». Такова была участь лангобардов и франков. Германцы же укрылись в какой-то крепости. Турки осадили её и лишили защитников воды. Что значит оказаться в сорокаградусную жару без питья? Один из германцев свидетельствовал: »…И наши так мучились от жажды, что вскрывали жилы лошадей и ослов, чтобы напиться их крови; другие бросали пояса и одежду в отхожие места и высасывали влагу; некоторые мочились в руки товарищей и затем пили — так сильно терзала их жажда. Кто не сдался и не принял ислам, был убит, остальных продали или раздарили как животных». И эти люди называли себя воинами Христа! Другая часть войска даже не дошла до Византии. Она начала громить еврейские поселения в Кёльне, Майнце и Трире, прошлась опустошительной волной по Восточной Европе и была уничтожена в Венгрии. »Deus lo Volt !  Так хочет Бог!’’ — с этих слов, выкрикнутых горсткой верующих на собрании в Клермоне*, началась новая эпоха, сколь интересная, столь же и кровавая — эпоха Крестовых походов…
Луи Парментье снова закашлялся, выплюнув в жестяную посудину бурую слизь, кусочек умирающих лёгких. Его племянник Гийом Фош подал полотняный платок, взял новое перо, обмакнул его в чернильницу и снова превратился во внимание и слух. Так они работали уже более полугода, запершись в тесной каморке на улице Баутье: старый больной историк  рылся в пожелтевших бумагах, привезённых им с разных концов Европы, из Константинополя и даже Леванта*, и надиктовывал главы своего сочинения Гийому, высокому молодому человеку с несколько угловатой фигурой и глазами навыкате. Тот совершенно забросил посиделки с друзьями и игру в петанг, обычное времяпровождение молодёжи в Бордо; ни Рене, ни Жюст, ни другие близкие товарищи не видели его неделями, и даже официальная пассия — очаровательная Бианка Жерве с улицы Руссель — лишь раздражённо пожимала плечами на вопрос о местонахождении своего жениха.
Работа над книгой шла лихорадочно: старик Луи понимал, что ему оставалось немного, а Гийом с головой погружался в дела давно ушедших веков, чувствуя себя вершителем судеб, и выводил ровным почерком чьи-то блистательные карьеры, или наоборот, печальную участь.
За крошечным оконцем полуподвального помещения лихо проносились кареты подзагулявших вельмож, где-то неподалёку в роскошном литературном салоне Монтескьё читал свои новомодные »Персидские письма», а тут, среди запахов свечного воска и бумажной пыли с глухим лязгом проезжала тяжёлая рыцарская конница Людовика Vll, и Святой Бернар произносил свои пылкие речи, собирая неисчислимую рать на Второй Крестовый Поход, к стенам уже тогда древнего Дамаска…

- Алё, ты что, ещё не в курсе?!
- Н-нет, а в курсе чего?
- Как чего?! Акция Аэрофлота началась! Билеты в Дамаск по 250 долларов! Мы с Эмиличем уже собрались! Третьим будешь?! — Кериман как всегда бодр и преисполнен оптимизма.
- Вообще-то я только из Индонезии прилетел, ещё не очухался… конечно, буду!
- Тогда я выкупаю!
Похмелье раннего утра как рукой сняло. Один звонок по мобильнику – и все планы меняются в секунду. До меня стал доходить сокровенный смысл того, что сообщила эта чёрная красивая коробочка с цветным дисплеем. Я лечу в Дамаск, столицу Сирии, а это наверняка означает, что одним Дамаском и одной Сирией не обойдётся — будет Ливан, и может быть, Иордания, а может, Египет с Алжиром или Йемен, или чёрт знает куда ещё занесёт — например, в Ирак, Турцию и дальше, на Кавказ? Путешествие в никуда, путешествие с неизвестным сценарием, с ясным началом, туманной серединой и непонятным концом. Когда-то давно, почти тысячу лет назад, с другой стороны, от пирамид  Гизы, шла в Дамаск армия великого Салах ад-Дина, спасая Левант от крестоносной чумы. Через десять дней начнётся и наше путешествие, наш последний поход на Восток…
Подробнее…